Page 20 - EMCAPP-Journal No. 3
P. 20

but hating is revenge. I am not political. I only have cont-  провёл шесть лет в тюремном лагере на севере, в
             empt for the system,  that is all.” At that point, he said in a   полярной Воркуте, по обвинению в причастности
             conversation with Andrey Lorgus in 2012, he had already   к  подпольному  христианскому  движению,  которое
             lost all fear.                                    якобы готовило  покушение на Сталина. После этого
             He gave two reasons for this: firstly, his family heritage –   его отправили в пожизненную ссылку в северный
             of which we will speak in a moment – and, secondly, that   городок Инту.  В 1956, при Хрущёве,  ему было
             he had to battle, as a youth, for the survival of his family   разрешено вернутся в Москву со своей семьёй, где он
             (his mother was widowed at an early age): “I was a child   был впоследствии  реабилитирован.
             when we moved to Murom. I lived as a street urchin, I   Во время допросов в 1946 году, его спросили: «Вы
             stole at the market, “emptied the trouser pockets of stran-  нас ненавидите?» Он открыто ответил: «Я вас
             gers” and plundered gardens, where I dug for potatoes,   презираю. Ненависть – это месть. Я аполитичен. Я
             for we were all on the point of starvation. I had become a   просто презираю эту систему, вот и все.»  В беседе
             little hooligan.“                                 с Андреем Лоргусом в 2012 году,  Алексей Петрович
                                                               вспоминал, что у него не было  тогда никакого
             His apartment                                     страха. Он объяснял это так: во-первых –  влиянием
             The main reasons for being forced out of  Diveyevo, his   своего семейного наследия, о котором мы поговорим
             place of birth, were in his opinion that he belonged to   в дальнейшем, а во-вторых  –  тем, что  с детства
             the Artsybushev family and that his grandfather, A.A.   ему пришлось бороться за выживание своей семьи
             Khvostov (1857 - 1922), was a Minister of Justice under   (его мать овдовела в раннем возрасте): « Я был
             the last Czar (Nicolai II (1868-1918), murdered with his   мальчишкой, когда мы попали в Муром, я шпанил,
             family in 1918). It was a well-known noble family with a   воровал на рынках, лазил по карманам, курил,
             special reputation among the high society of St. Peters-  обворовывал сады, рыл картошку, потому что мы все
             burg: “Everyone goes to the ball, drifts around in the sa-  голодали.  Я был такой же шпана. „
             lons of the dukes and countesses, and the Artsybushevs
             – go to church. According to ‘town gossip’, “Artsybushev   Дом
             in St. Petersburg lives like a monk.”             Главной причиной выселения его семьи из Дивеево, из
             Even  Lenin had  written  about  his  grandfather:  “…that   дома, где он родился,  по мнению Алексея Петровича,
             if all the ministers were like Aleksey A. Khvostov, there   была  принадлежность к роду Арцыбушевых и то, что
             would have been no need of a revolution. Why? Not be-  его дед, А. А. Хвостов (1857-1922) был министром
             cause this minister was a revolutionary, but because in   юстиции при последнем царе   (Николае II ( 1868-
             1905 he gave all his lands to the peasants. Free, keeping   1918),  расстрелянном большевиками вместе со всей
             only the main farm buildings. Because he was a broad-  царской семьёй в 1918.) Арцыбушевы были знатной,
             minded Russian aristocrat.” Aleksey narrates: “That is:   хорошо известной семьёй из высшего петербургского
             honesty, firmness, faithfulness, was passed down to me   общества, однако, с определённой репутацией: „Все -
             from my forefathers. And when I was put in prison, I also   на бал,  в салоны князей и графинь, а Арцыбушевы - в
             said to myself: “I will die here, but I will not be respon-  церковь.“ В городе ходили сплетни, что „Арцыбушев
             sible for anyone coming here, crossing this threshold.”   живёт как монах в Петербурге.“
             „That’s why I possessed such energy, energy of firmness,   Даже Ленин упоминал о деде Арцыбушева: «... если
             that the interrogator could not fight. He was helpless be-  бы все министры были как Александр Алексеевич
             cause he could not break me.”                     Хвостов, никакой революции не понадобилось
             This family history is still reflected to some extent in   бы.»  Почему?  Не потому, что  этот  министр  был
             the interior of Aleksey’s house today. He now lives near   революционером, a потому, что в 1905 году он
             Moscow in a small house of his own (dacha) which he   отдал свою землю крестьянам. Бесплатно, оставив
             built with his own hands and now repairs with his own   себе  только усадьбу. Потому что он был широкого
             hands too.                                        мыслящего плана  русский аристократ.»   Алексей
                                                               Петрович говорит: «Вот это, честность, стойкость,
             Diveyevo                                          верность,  в меня вошло от предков. И когда меня
             In a third section, we present photos of the monastery in   посадили, я тоже сам себе сказал: «Я здесь погибну,
             Diveyevo. This is the place where Aleksey was born; he   но из-за меня сюда никто не перешагнет этот порог».
             grew up with the monastery, with “his” monastery, and   Именно поэтому это была такая энергия, энергия
             in later years took up the cause of its restoration. “It was   стойкости, что следователь не мог бороться. Он был
             not my decision – the good fortune of being born there,   бессилен, потому что он не смог меня сломать.»
             at Diveyevo, came to me from the inside, from my mo-  История его семьи до сих пор определенным
             ther. My grandfather loved St. Seraphim, the founder, so   образом отражается в домашней обстановке
             much, that he left royal service. He retired and moved to   Алексея Петровича. Сейчас он живёт неподалёку от
             Diveyevo, and built there a large house in which I was   Москвы на собственной маленькой даче, которую он
             born, where we lived. Therefore, I always thank God that   построил своими руками, и  собственными руками
             I was born there.”                                ремонтирует ее и поныне.
             Not only did he accompany the artistic renovation from
             1990 onwards – in which the spiritual messages were



                                                           20
   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25